Вперёд, к Марсу!

Вячеслав Бучарский

«Вперёд, к Марсу!»

Содержание

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Аннотация


 

Вячеслав Бучарский: Поворот на 2020-й год (25 декабря 2019)

Через пару месяцев после возвращения нашего «Скайлэба»  с планетки  Эрос  мы снова запустили разгонные движки нашего линкора «КЭЦ-2017»  и  стали удаляться от Солнца,  исследуя пространство от Земли к Марсу…  Наш коллектив учёных не потерял интереса к  Эросу, который  скоро исчез  из вида. Мы перебирали и изучали захваченные с планетки  камни,  металлы  и  сплавы. Золото, серебро и платина были самые натуральные, с  незначительным количеством посторонних металлов.

В 1920 году в Калуге издали поэму К. Э. Циолковского «Вне Земли» на средства из пенсии Совнаркома.

 

…На  очередной планёрке  в  кабинете командора  Ньюта  я рассказал о впечатлениях  от посещения Эроса  экипажем «Скайлэба».

      - Мы привезли на борт нашего межпланетного линкора немало «эротических» материалов, - сообщил я. – Их вполне достаточно, чтобы не сомневаться: хватит с  избытком, чтобы устроить  множество БКО –больших комфортабельных оранжерей-жилищ  для расселения землян…  На пути к Марсу мы можем встретить еще тысячи некрупных    планеток...

      - Очень вероятно, - согласился командор  Ньютон.

      - И действительно,- продолжал я, бортинженер Иванов-младший, -  при  своем спиральном удалении  от  Солнца  мы  всё чаще встречаем астероиды:  некоторые были больше  Эроса,  но чаще меньших размеров. При посещении их на «Скайлэбе» мы  находим  в достатке  тяжелые  и  драгоценные металлы...

      - Странно, - заметил Норденшельд,  командир «Скайлэба», - на Земле так мало находят золота и платины, а на малых планетах вроде Эроса  ими хоть улицы мости...

- Вот опять ты,  Норд, Землю обижаешь, космополит этакий! – вскинулась Фиалковская. – Сам же вспоминал на Луне  и  Русский Урал  и  Южную Африку…

Швед улыбнулся и виновато развёл руками.

-  Ольберс  выдвинул  гипотезу  образования множества астероидов между орбитами Марса и Юпитера, - заметил Лаплас. -  Судя по нашим открытиям,  она  может  быть применима  и  для образования  небесных тел  между Землей и Марсом.

- Ольберс – кто? – поинтересовался  Франклин. – Бизнесмен?.. Американец?

- О, нет! – оживился Лаплас. - Это был фантастический немец, астроном  по призванию  и  придворный врач  по службе.  Годы жизни – с 1758-го по 1840-й …  Почти  семьдесят лет  он провёл в  своей собственной  астрономической  беседке  у  самодельного телескопа системы  сэра  Ньютона…  Оставил несколько томов лирических описаний  наблюдения комет  и  вычисления  их орбит…   Вот  Ольберс и выдвинул гипотезу об  образовании пояса малых планет и  комет. Причиной  был  гигантских масштабов  взрыв  планетищи,  которую древние астрологи назвали именем бога Фаэтона.  

      - Мне  непонятно, - спросил монтажник-беларус Леон, -  что может служить причиною  разрыва  большой  планеты на  многие малые?

      - Да, конечно,  это не ясно! – согласился Лаплас. – Потому и называется – гипотеза  Ольберса…  Может быть,  химические процессы внутри планеты образовали газы,  расширение  которых разорвало планету,  как разрывает бомбу;  а может,  столкновение планет  это сделало,  а также центробежная сила,  непрерывно  растущая по мере сжатия вращающейся планеты.

      - Гениальный Исаак Ньютон более трёхсот лет назад сформулировал  объективные законы,  которым покорны  все  силы во Вселенной… Одна из важнейших – центробежная.   Она-то, противница притяжения,  могла бы  только произвести  отделение  от массы спутников  и  колец… Но не то, что мы видим, - высказал сомнение доктор физики  с  псевдонимом  Ньютон.

      Я согласился с командором:

- Возможно, что действовала совокупность этих и других неизвестных причин…

У химика-олигарха  Франклина  были  свои предположения:

- Из ваших речей  можно сделать  интересные выводы.  Во-первых, наша  Земля  также когда-нибудь  может разорваться  на части;  во-вторых, - центральные  области  нашей  планеты  должны  содержать в  изобилии драгоценные  металлы...  А если  это так, то хорошо, если человечество,  не дожидаясь возможной катастрофы, переселится в иные миры!..

+  +  +

Каждый оборот вокруг Солнца по длительности оказывался  более  земного  года,  но  открывал  нам, межпланетным  космистам,  новые миры.

Несколько раз мы попадали  в  газовые кольца, - очень прозрачные, сильно  вытянутые разреженные структуры,  едва заметные,  но  в поперечнике  толщиною  в  несколько  километров.

Когда  караван «КЭЦ – 2017»  влетал в очередное газовое кольцо,  то мы  в  своих каютах  слышали  за  бортом  странный шум, а  температура в  ракете  и оранжерее  несколько повышалась.

Скорость каравана  немного  отличалась  от скорости  этих колец,  но,  удаляясь  от  Солнца,  наш  комплекс  РК-ОК  пересекал  гигантские газовые «бублики»  довольно быстро  и  они терялись  из вида. 

Множество этих колец,  как  и  планеток,  разумеется,  было пропущено  незамеченными...   Но в некоторые мы  отправлялись  в  нашей  «небесной карете» -  в  пилотируемом  модуле,  который  Ньютон,  после  высадки  на малую планету Эрос,  предложил переименовать в «Скайлэб». 

…Опять-таки  втроём,  Норд,  Фиалка  и  я,  бортинженер, - совершали  в  «Скайлэбе», -  то-есть в  небесной  лаборатории  по-английски, -  рейды  в «бублики»  из  газа,  чтобы  взять  пробы  из разреженного космического  вещества.  Уже на борту линкора «КЭЦ-2017»,  производя   анализы,  мы  находили  кислород,  азот,  соединения углерода,  следы водорода  и  других  газов.

В нашей  бывшей «Небесной карете» была  лазерная установка  для оптической связи  с нашим линкором  и  пока ещё – с  Землёй…   Все трое:  я, бортинженер,  космистка  Фиалковская и  геолог-врач Норденшельд  прекрасно  владели техникой  расстыковки  и  стыковки «Скайлэба»  с космической платформой «КЭЦ-2017».

…На заседании Учёного совета я  обобщил результаты исследования  газовых колец.  Меня распирал восторг.

«Они восхитительные, -  докладывал я. - В некоторых газовых «бубликах»,  которые  поплотнее,  вполне  возможно поселять  оранж-колонии…    Наше открытие газовых структур в  виде вытянутых  колец показывает, что расширяемость  газов не беспредельна, как  то  выходит по закону Мариотта-Бойля,  но что-то ее ограничивает».

+  +  +

  Год проходил за годом,  до Марса  уже  было недалеко…   Пространство  между двумя  соседними орбитами  было  настолько изучено,  что  можно  было  бы  дать  и  лазер-телеграмму Земле  о результатах исследования.  Но,  в виду огромной удалённости от родной планеты,  для связи требовалось плоское зеркало метров в 100 диаметром, а сооружение его нам тогда  было  не по силам.  И лазерная связь на таком расстоянии от Земли уже стала невозможной.

…Поблизости от  Марса  оборот  ракеты  кругом  Солнца  немного не достигал  двух лет.  Скуки  и тоски  накопилось изрядно;  всем хотелось на Землю.  Возвратились  бы на нее,  конечно, не по спирали,  а сокращенным путем.  Так  можно  было достигнуть  Земли  в  какие-нибудь  четыре месяца…   Марс  был  уже  на  расстоянии 10 миллионов  километров  и  имел  вид  ярко  золотой  монетки…  В  телескоп были великолепно  видны  его каналы  и  моря,  неизвестно чем наполненные, также горы,  долины,  полярные  льды  и  снега, неизвестно из чего составленные.

Счёт времени мы  вели  по электронно-цифровому хронометру с точностью  до секунды за  год…   И  вот получилось  в какой-то момент Мирового Времени,  что мы – на пороге  земного 2020-го  года от Рождества Христова…  По такому грандиозному поводу командор Ньютон распорядился создать на борту нашего космолинкора «Оргкомитет- 2020»  во главе  с самой обаятельной и энергичной дамой во Вселенной – леди Фиалковской, а по-русски – Фиалкой.

+  +  +

Перед Новогодним  бал-концертом  состоялось расширенное заседание Учёного Совета.

- После глубоких раздумий я  решил,  что лететь ближе к Марсу нам не  надобно  по многим основаниям, - заявил командор Ньютон.  - Спуск на планету крайне рискованный;  мы  все утомлены и, главное,  должны как  можно скорее  известить  Землю  о наших  важных открытиях… Значит, мы должны вернуться  хотя бы  в пределы  досягаемости лазерной связи  с  Землёю…

…Разговоры о возвращении на Землю продолжались на Новогоднем балу  в  кают-компании  линкора «КЭЦ-2017»…       Некоторые протестовали,  а другие  даже были  рады  скорее  увидеть родину.

      - Марс от нас не уйдет... Во второй экспедиции доберемся  и  до него, - отбивался от  скептиков командор  Ньют.

      -  Спускались же совершенно благополучно на Луну,  живем же преотлично  тут,  почти  на таком же расстоянии  от Солнца,  как Марс!..  И что же?  Тепло по-прежнему,  фрукты  зреют медленнее,  но дают вполне достаточно  для пропитания;  а если мало, то разве нельзя построить еще две, три оранжереи? – так  протестовала  Фиалка  и  кипятился  её  близкий  друг  врач Норд.

- Есть затруднения, - начал Ньютон,  обращаясь  ко всему собранию. - И чтобы  одолеть их,  нужно  немало поработать на Земле, - как мозгом,  так и руками…  Давайте  лучше  поточнее определим препятствия,  которые  мешают  нам  теперь же   спуститься на  Марс ,  помимо нашего переутомления  и  общего  желания вернуться на родную землю  в 2020-м году  от Рождества Христова!..

- А мы с господином  Нордом, - подала голос библиограф Фиалковская, - мы,  которые  слетали на Луну,  вот нисколечко  и  не устали… И готовы лететь  далее:  вперёд, на  Марс!

Присутствовавшие  на  учсовете  специалисты  улыбались  и  с дружелюбием посматривали на «лунатиков».  А я,  бортинженер линкора «КЭЦ-2017»,  был  так грустен,  что мог  вот-вот зарыдать!

Содержание

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
© Вячеслав Бучарский
Дизайн: «25-й кадр»