Разведчик лунных берегов

Вячеслав Бучарский

«Разведчик лунных берегов»

Аннотация

Время действия в приключенческой повести К. Э. Циолковского «Вне Земли» – 2017 год. Фантаст с берегов Оки из 1917 года озаботился взглянуть поверх эпох времени, заглянуть через столетие из всего почти ХХ века и начальных десятков лет века ХХI.

Вполне может быть, что в 2017 году о Ленине, Октябре и Гагарине даже в России мало кто вспомнит. Но пророчества калужского основоположника теории межпланетных сообщений будут сбываться в предсказанные им времена и сроки.

В повести известного русского писателя из Калуги Вячеслава Бучарского художественно отражена история изучения Луны, а также научный и писательский вклад Константина Циолковского в исследование мировых пространств космическими кораблями.

 

Глава 24. Око Вселенной

Кратер Циолковского

Утесняется сердце от магического влияния, когда глаз человеческий видит в иллюминаторе космического корабля либо на цветном фото в Интернете самый живописный среди сотен тысяч лунных кратеров. Человечество на планете Земле согласилось подобный Оку Разума объект лунного «зазеркалья» называть Кратером Циолковский.

Имя калужского учителя геометрии и физики, ставшего основоположником теории межпланетных сообщений, появилось на карте Луны в 1959 году, когда с помощью одного из первых «лунников» — автоматической станции «Луна-3» — впервые была сфотографирован обратная, никогда не видимая с Земли сторона нашего спутника — кеплеровская «Привольва».

Потребовалось умному автомату облететь вокруг Луны, нацелить объектив и вклчить затвор фотокамеры, а затем передать снимки по радио на фототелеграфное устройство, изготовленное в Калуге, на Электромеханическом заводе. Как в современных факс-аппаратах, изображение автоматически делилось на точки разной яркости, которые выстраивались строка за строкой. Полученные осенью 1959 года снимки не отличались большой четкостью, но две темные детали выделялись на них очень хорошо. Они резко контрастировали со светлой местностью, занимающей практически всю обратную сторону Луны. Более крупную из них назвали Море Москвы, а ту, что поменьше, — Кратер Циолковский.

Этот кратер диаметром 180 километров (расстояние от Москвы до Калуги) расположен в южной части обратного полушария Луны и служит отличным ориентиром на лунных картах и при полетах вокруг Луны. Дело в том, что внутри него расположено озеро застывшей черной лавы, в центре которого ярким круглым пятном выделяется горка, характерная для крупных ударных кратеров.

На обратной стороне Луны нет обширных темных равнин — лунных морей, поскольку кора там толще, чем на видимой стороне, и магме было трудно пробиться из недр на поверхность. В районе Кратера Циолковского толщина лунной коры достигает почти рекордной величины — 75 километров, поэтому следует думать, что при образовании данного объекта космической природы удар метеорита был особенно сильным — наверное, он произошел на очень высокой скорости, и трещины под кратером пронзились чрезвычайно глубоко в лунные недра, достигнув слоя магмы. Оттуда базальтовый расплав излился на поверхность «Привольвы» и наполовину затопил чашу кратера, образовав после застывания окоподобный контур, внутри которого центральная горка похожа на остров с обрывистыми берегами. В результате весь кратер приобрел облик темного глаза со светлым зрачком, и взор его уже 4 миллиарда земных лет устремлен

в звездные дали,

об исследовании которых с помощью «реактивных приборов»

учитель-самоучка Циолковский

размышлял в позапрошлом веке,

создав еще в 1896 году в маленьком,

дачного типа домике

в виду огромного, ракетной архитектуры

Георгиевского храма в Калуге

математически строгую теорию реактивного движения

космических кораблей.

Ракетные ворота

Торжества в коллективе Государственного музея истории космонавтики имени К. Э. Циолковского в первую очередь связаны с посещением этого храма научной культуры государственными лидерами, летчиками-космонавтами, виднейшими российскими и зарубежными учеными, специалистами в области космонавтики. По-русски гостеприимно встречали сотрудники музея посещавших «Субвольву» на Луне американских астронавтов.

К торжественным дням относились и те, когда распахивались настежь ангарного типа ворота в зале ракетно-космической техники. Это значило, что в музей прибыли экспонаты-памятники развития космоцивилизации.

В октябре 1973 года эти ворота открылись, чтобы принять огромную, белоснежную, сверкающую нержавеющими поверхностями баков и опор автоматическую станцию «Луна-16». Она совершила «мягкую» посадку в зале музея с помощью специалистов-монтажников, прибывших в Калугу с предприятия, создававшего станцию. Это была точная копия автомата, который в сентябре 1970 года стартовал к Луне.

Ракета-носитель, в верхней части которой под обтекателем была укрыта автоматическая станция, весившая около 2 тонн, вынесла аппарат на околоземную орбиту и здесь с ним рассталась. Станция «Луна-16», получив мощный толчок, который сообщила ей последняя ступень ракеты-носителя, направилась на встречу с естественным спутником Земли.

Над самой поверхностью Луны были включены двигатели малой тяги, благодаря которым станция мягко опустилась на лунный грунт.

Удаленная от Центра дальней космической связи почти на 400 тысяч километров, автоматическая станция «Луна-16» была безупречно послушна управлявшим с Земли людям. Бур энергично вошел в лунную, рыхлую (как оказалось!) поверхность. Взятая проба этого грунта (его называют реголитом) была введена в герметичный контейнер, находившийся внутри огнеупорного «шарика» — возвращаемого аппарата, расположенного на вершине похожей на пирамиду автоматической станции. И вот,

оставив на поверхности

молчаливой спутницы нашей планеты

посадочную ступень,

стартовала верхняя часть станции —

«антиракета» «Луна-Земля»,

которая понесла лунный грунт с «неба» на Землю.

Сквозь толщу атмосферы пробился «шарик» — спускаемый аппарат. На высоте нескольких километров над землей включились его передатчики; по их сигналам поисковые группы на Земле быстро обнаружили гостя из Моря Изобилия на видимой сторне Луны — с поверхности кеплеровской «Субвольвы». Контейнер с реголитом был доставлен в Москву, в Приемную лабораторию Академии наук СССР, где ученые извлекли бур, покрытый лунной пылью. Началось пристальнейшее изучение добытого вещества.

Запуск автоматической станции «Луна-16» имел огромный резонанс в информационном пространстве человеческой цивилизации: впервые в мировой практике была решена задача полета и посадки автоматического космического аппарата на другое небесное тело, извлечение образцов его грунта и возвращение на Землю.

Строй «лунников»

«Луна-16» существенно пополнила в Государственном музее истории космонавтики коллекцию «лунников».

Открыла эту коллекцию автоматическая станция, получившая название «Луна-1». Точная копия автоматической станции «Луна-3» напоминает о следующем важнейшем шаге: фотографировании ла обратной стороны Луны. Огромный «Зонд-3» — еще один экспонат в коллекции — продолжил съемку обратной стороны Луны и позволил составить подробную карту всей ее поверхности. Один из лунных кратеров был назван в честь великого калужанина — К. Э. Циолковского.

Автоматическая станция «Луна-9»- первой из рукотворных аппаратов осуществила мягкую посадку на поверхность ночного светила и передал на Землю панораму лунной поверхности.

«Луна-10» позволила нашему естественному спутнику возвыситься в ранге: благодаря советской космической программе одинокая Селена обзавелась собственным спутником, созданным руками землян — русских людей.

Лунный грунт, доставленный на Землю советскими автоматическими станциями «Луна-16» (сентябрь 1970 г.), «Луна-20» (февраль 1972 г.) и американскими астронавтами — членами экипажей космических кораблей «Аполлон» (1969–1972 гг.), был подвергнут изучению в лабораториях академий наук многих стран. Результаты разочаровали многих романтически настроенных людей. Оказалось, что Луна состоит не из чистого золота, платины, урана или какого-либо другого «выгодного» металла.Состав лунных пород сложен.

Подтверждая принцип «монизма Вселенной» К. Э. Циолковского, лунный «прах» включает в себя те же элементы, что и земные породы, например, базальты.

Бесценный вклад в изучение природы Лупы внесли советские автоматы «Луноход-1» и «Луноход-2», каждый из которых работал па поверхности нашего естественного спутника около года.

Доставленные с Земли советскими автоматическими станциями

«Луна-17» (стартовала 10 ноября 1970 года) и

«Луна-21» (8 января 1973 года),

оба лунохода прокладывали свои маршруты,

ведомые экипажами,

которые оставались на Земле,

в Центре дальней космической связи.

«Глаза» луноходов — телефотометры — передавали на Землю изображение лунных панорам, а экипажи, отделенные от своих «колесниц» расстоянием в 400 тысяч километров, оценивали обстановку по изображению на телевизионных экранах. И действовали столь безошибочно и оперативно, что за время работы обоих самоходных автоматов, передвигавшихся среди кратеров и каменных глыб, не произошло ни одной аварии.

С помощью «Лунохода-1», преодолевшего расстояние в 10,5 километра, ученые детально исследовали характер и особенности поверхности типичного лунного «моря» — Моря Дождей.

«Луноход-2» прошел путь длиной в 37 километров, причем в исключительно сложной обстановке гигантского кратера Лемонье. Полученные от обоих автоматов данные имеют значение не только для понимания процессов, происходящих на Луне, но и для развития представлений об истории Земли и других планет солнечной системы.

Помочь людям понять происхождение Земли и других планет должны были и автоматические межпланетные станции (АМС), совершавшие полеты к Марсу и Венере.

Глобальный Марс

...Большой, бледно-кирпичного цвета глобус, установленный в зале планетария Музея истории космоса, легко вращается — стоит только подтолкнуть его ладонью.

Плывут перед глазами размытые пятна марсианских «морей» и полосы таинственных «каналов».

Веками исследовали астрономы Марс, терпеливо приникая к окулярам телескопов. Но узнать удалось немногое. Марс и поныне остается «планетой загадок».

Но вот на глобусе Марса в районе с координатами 45° южной широты и 158° западной долготы появилась отчетливая отметка в виде звездочки. Именно здесь в начале декабря 1971 года произвел мягкую посадку спускаемый аппарат советской межпланетной станции «Марс-3».

Точная копия этой станции,

проделавшей путь длиной в полмиллиарда километров и

достигшей после полугодового странствия

в открытом космосе «планеты загадок»,

есть в зале ракетно-космической техники музея.

Прежде всего станция впечатляет своими масштабами. Это, пожалуй, самый крупный экспонат в Музее истории космонавтики.

Вес автоматической межпланетной станции «Марс-3»

составляет 4650 килограммов.

Она стартовала с Земли

вслед за АМС «Марс-2»

в конце мая 1971 года.

Первый этап полета был довольно обычным: станция стала искусственным спутником Земли. Но затем был включен разгонный двигатель, сообщивший станции вторую космическую скорость (около 11 км/сек), и «Марс-3» по крутой параболе отправился в долгое путешествие к «красной планете».

Чтобы разыскать ее в безбрежном космосе (Марс по диаметру вдвое меньше Земли), конструкторы снабдили автоматическую станцию совершенной системой ориентации.

Оптико-электронные приборы АМС «Марс-3» и «Марс-2» (по конструкции станции аналогичны) выполнены таким образом, что в поле их зрения постоянно находятся 3 космических объекта: Земля, Солнце и звезда Канопус, хорошо видимая на ночном небе в тропиках и в южном полушарии.

Эту звезду по праву можно назвать «путеводной»: вторая по яркости после Сириуса, она находится в направлении оси мира (вокруг которой совершается видимое вращение звездного неба) и потому удобна для ориентировки космических кораблей и межпланетных станций.

В полете «Марс-3» двигался по инерции после ускорения, которое сообщил станции разгонный двигатель.

Станция автоматически определяла свое местонахождение в космосе и сообщала координаты во время сеансов радиосвязи с Землей. Для выхода на связь «Марс-3» самостоятельно ориентировался таким образом, чтобы радиолуч его трехметрового зеркала остронаправленной антенны был направлен точно на Землю.

Кроме этой огромной чаши-антенны, на борту «Марса-3» были установлены малонаправленные антенны второго канала связи и антенны для выполнения совместного советско-французского эксперимента «Стерео».

Как же Земля контролировала точность полета станции к Марсу?

Во время сеансов связи (на завершающем участке полета сигнал с Земли доходил до станции лишь через 7,5 минуты) мощные радиолокаторы посылали импульсы вдогонку станции.

По времени возвращения к Земле

отраженных АМС импульсов

определялась удаленность «Марса-3» от Земли.

По изменению частоты отраженных импульсов

(допплеровский эффект)

измерялась с большой точностью скорость полета АМС.

Если при этом выявлялась ошибка, то есть отклонение станции от заранее вычисленной траектории, то по команде с Земли двигатели «Марса-3» отрабатывали корректирующий импульс, и АМС возвращалась на расчетную траекторию.

Пожалуй, самым удивительным в станции «Марс-3» была ее способность самостоятельно «мыслить».

Ввиду того, что путь к Марсу очень далек, а расстояние до планеты было известно не слишком точно, конструкторы установили на борту АМС вычислительную машину (БЦВМ) и связанную с ней систему автономной космической навигации.

При подлете к Марсу оптическое устройство этой системы «увидело» планету.

Угловые размеры диска Марса, а также расстояние до планеты были преобразованы в данные, которые поступили в вычислительный блок станции.

БЦВМ вычислила по этим данным величину необходимого корректирующего импульса, который был отработан двигателем. После такой автономной коррекции станция совершенно точно нацелилась на Марс и, приблизившись к планете, стала ее искусственным спутником.

Начался третий, завершающий и самый ответственный этап полета.

При подлете к Марсу станция «разделилась» —

после ее торможения

основная часть

вышла на орбиту искусственного спутника планеты,

а спускаемый аппарат

направился к поверхности Марса.

Торможение в атмосфере осуществлялось специальным конусом-экраном; он же защищал спускаемый аппарат от перегрева. И когда скорость движения в атмосфере значительно уменьшилась (но еще превышала скорость звука), аэродинамический и тепловой экраны были отделены и введены в действие вытяжной, а затем и основной парашюты.

Так, на парашютах станция приблизилась к самой поверхности планеты. На высоте 20–30 метров включились двигатели мягкой посадки, и посланец Земли плавно опустился на марсианскую поверхность. Уже через полторы минуты АМС была приведена в рабочее состояние и начала свой телерепортаж. Правда, он длился недолго.

До сих пор остается неизвестным, почему передача видеосигналов резко прекратилась, что помешало опускаемому аппарату вести телепередачу с поверхности Марса. Есть предположение, что причиной обрыва связи была пылевая буря, бушевавшая в то время на планете.

За полгода работы в космосе станции «Марс-2» и «Марс-3» выполнили обширную программу научных исследований. Были получены новые данные о структуре межпланетного пространства, измерено содержание в нем различных частиц, а также компонентов солнечной плазмы. Целью советско-французского эксперимента «Стерео», успешно осуществленного, было исследование радиоизлучения Солнца.

Научная аппаратура, установленная на спускаемом аппарате, позволила тщательнее изучить состав, плотность и температуру атмосферы Марса. Спускаемый аппарат станции «Марс-3» доставил на поверхность соседней планеты вымпел с изображением герба СССР.

Одновременно с советскими автоматическими станциями исследования Марса проводились американской автоматической станцией «Маринер-1Х». Эти экспедиции принесли человечеству много новых сведений о «красной звезде» — Марсе.

Космической «соседкой» Земли в солнечной системе является и Венера, которую астрономы называют внутренней планетой: ее орбита лежит внутри эллипса, описываемого Землей вокруг Солнца.

Загадки Венеры

Значительный вклад в изучение природы Венеры был сделан русской наукой — Михаил Васильевич Ломоносов открыл существование «венерианской» атмосферы.

Советской наукой была сделана и первая попытка непосредственного изучения Венеры — об этом напоминает хранящаяся в Калужском музее космонавтики точная копия автоматической станции «Венера-1».

Стартовав с Земли в феврале 1961 года, станция была в прямом смысле «разведчиком» — на ней отрабатывались методы выведения космических объектов на столь необычные для того времени трассы, проверялась возможность дальней радиосвязи и управления полетом станции.

И хотя «Венера-1» не достигла планеты, пролетев мимо нее на расстоянии примерно 100 тысяч километров, космосистема оправдала надежды С. П. Королева, руководившего работами по ее созданию.

В ноябре 1965 года была запущена АМС «Венера-3», которая уже достигла цели и доставила на планету вымпел с гербом СССР.

«Венера-4» (1967 г.), «Венера-5», «Венера-6» (1969 г.) дали ценные сведения о химическом составе атмосферы планеты, ее плотности и температуре. По этим данным было вычислено, что температура планеты у поверхности может достигать 500 градусов по Цельсию, а давление — порядка 100 атмосфер.

15 декабря 1970 года, преодолев расстояние 60 миллионов километров, спускаемый аппарат АМС «Венера-7» опустился на поверхность «утренней звезды». Оказалось, что температура на Венере всего на 20 градусов ниже вычисленной, а давление на 15 атмосфер меньше.

«Венера-8» (июль 1972 г.) кратко рассказала о поверхностном слое планеты, в котором содержатся естественные радиоактивные вещества — калий, уран, торий, входящие также и в состав земных пород, например, гранитов.

И вот в конце октября 1975 года на орбиты вокруг «утренней звезды» одна за другой вышли советские автоматические межпланетные станции «Венера-9» и «Венера-10».

22 октября в Центре дальней космической связи в Крыму были получены изображения панорамы Венеры, переданные фотометрами спускаемого аппарата АМС «Венера-9», который вел передачу (температура за бортом почти 500 градусов выше нуля, атмосферное давление в 90 раз большее, чем на Земле) в течение 53 минут. Эти фотоснимки — поверхность далекой чужой планеты, усеянной плоскими каменными глыбами,— обошли на следующий день газеты всего мира.

25 октября на околопланетную орбиту вышла и отделила спускаемый аппарат станция «Венера-10». Еще одна панорама планеты была передана в советский Центр дальней космической связи, на этот раз из точки, отдаленной от места посадки спускаемого аппарата «Венеры-9» на 2200 километров. И снова люди увидели камни с острыми кромками. Причем яркость этих камней была сравнима с яркостью посадочного полированного металлического кольца, что свидетельствовало о значительной твердости венерианских камней.

Каков химический состав этих глыб? Откуда взялись они в таком количестве на поверхности далекой планеты?

Результаты обработки данных АМС «Венера-9» и «Венера-10» не дали исчерпывающих ответов на многочисленные вопросы ученых-планетологов, однако, несомненно одно: прав был Джордано Бруно, который почти 5 веков назад убеждал: Вселенная состоит из тех же самых веществ, что и Земля. Философски обосновал это предположение русский мыслитель Константин Циолковский, утвердивший принцип «монизма», то есть единства всех составляющих частей системы Вселенная. В этом убеждают исследования автоматов, работавших на поверхности Луны, Марса, Венеры. Об этом свидетельствуют и гости из более дальних областей космоса — метеориты.

Метеоритный «монизм»

Однажды в адрес Государственного музея истории космонавтики имени К. Э. Циолковского прибыл из Москвы очень странный груз. Неискушенный человек, узнав, с какими трудностями груз был доставлен, удивился бы: стоило ли возиться с этакой каменюгой!

Действительно, по форме груз напоминал камень. Однако даже самый плотный гранит равного объема оказался бы вдвое легче глыбы, весившей 40 с лишним килограммов. Камень был железным — об этом свидетельствовали не только его вес, но и тонкий налет ржавчины, покрывавшей испещренную округлыми вмятинами поверхность. Вмятины, похожие на оттиски пальцев на сырой глине (их называют регмаглиптами), выдавали происхождение груза — в музей прибыл метеорит. Как указывалось в его паспорте, данном метеоритной комиссией Академии наук СССР, это был индивидуальный целый (то есть не расколовшийся на земле) экземпляр Сихотэ-Алинского железного метеорита...

На протяжении первой половины нашего века дважды в атмосферу Земли вторгались мощнейшие космические «снаряды» — болиды.

Ранним утром 30 июня 1908 года в таежном массиве в районе реки Подкаменная Тунгуска произошел взрыв такой силы, что вековые деревья были повалены ударной волной на десятки километров вокруг и напоминали скошенную траву. Интерес к этому явлению не затихал многие годы.

Выдвигались самые смелые предположения, вплоть до версии, будто в сибирской тайге потерпел катастрофу космический корабль инопланетян. Более трезвые ученые склонялись к тому, что причиной взрыва было падение очень крупного метеорита. Но не так просто оказалось разрешить «загадку Тунгусского метеорита».

Первый ученый секретарь метеоритной комиссии Академии наук СССР, созданной в 1939 году по инициативе академика Вернадского,

Л. А. Кулик возглавлял несколько экспедиций

в район Подкаменной Тунгуски.

Он внес крупный вклад

в развитие науки о метеоритах.

Когда началась Великая Отечественная война, этот мужественный человек, руководивший десятками научных экспедиций в самые труднодоступные районы (метеориты не выбирают удобных мест для падения), добровольцем ушел на фронт и погиб в бою в феврале 1942 года на территории Калужской области, под Спас-Деменском.

Теперь большинство ученых считает, что Тунгусское «диво» не было метеоритом.

По мнению академика В. Г. Фесенкова в то июньское утро произошла встреча Земли с небольшой кометой.

Зато второй болид, вторгшийся в атмосферу в феврале 1947 года над западными отрогами Сихотэ-Алинского хребта, оказался действительно метеоритом.

Разбившись в воздухе на несколько тысяч различных по размерам частей, он выпал железным метеоритным дождем на площади около 3 квадратных километров. Общая его масса составила почти 100 тонн.

Между метеоритами и астероидами — самая тесная связь. Дело в том, что небесные камни — метеориты, не успевшие сгореть в атмосфере и упавшие на Землю — это астероиды, захваченные полем тяготения нашей планеты.

Сравнительно небольшим астероидом был и Сихотэ-Алинский метеорит.

...Иногда сугубо научный доклад, насыщенный терминами и математическими выкладками, может захватить воображение сильнее, чем самый яркий фантастический роман. Именно так был воспринят доклад «отца Первого спутника Земли» профессора М. К. Тихонравова на VII Чтениях, посвященных разработке научного наследия и развитию идеи К. Э. Циолковского.

Тихонравов говорил об астероидах и о возможности их использования космонавтами для создания межпланетных станций. "Первое время мы пользуемся материалами с Земли. Но доставка с нее поглощает большую работу. Легче доставка с Луны и небольших планет. Еще легче воспользоваться астероидами с диаметром в несколько верст и еще меньшими телами, которым нет числа между планетными орбитами Марса и Юпитера«,— писал К. Э. Циолковский в статье «Цели звездоплавания».

Каким же образом можно использовать астероиды для постройки искусственных космических объектов?

Ответ на этот вопрос дают метеориты. Ведь большинство из небесных посланцев более чем на 95 процентов состоят из железа. Остальное — никель, кобальт, медь, фосфор, сера. Неучтенных периодической таблицей Д. И. Менделеева элементов в метеоритах нет. Это лишний раз доказывает принцип монизма К. Э. Циолковского — материальное единство Вселенной.

Узы космической связи

Под потолком зала ракетно-космической техники раскрыл свои лепестки-панели солнечных батарей спутник связи «Молния». Спутники такого назначения открыли новую эру в связи, создав неограниченные возможности для ее развития. «Молния» — главное звено в системе космической связи «Орбита», охватившей радиовещанием и телевизионными передачами территорию СССР и многих зарубежных стран.

Спутник... Доброе русское слово в наш век обрело новый смысл.

С помощью спутников решаются многие научные и народнохозяйственные задачи. Например, переживает бурный расцвет геодезия—наука о форме Земли и ее материков. Спутник, взятый на вооружение геодезистами, приближает то время, когда будет создана строго научная теория образования планет, в том числе и Земли, и происходящих на них процессов.

На цветных фотоснимках нашей планеты, сделанных из космоса, желтые пятна материков теряются в синем разливе морей и океанов и все это расписано белыми спиралями облачности, которая ближе к полюсам сливается в сплошные покрывала. Спирали облаков — это наша земная погода, это циклоны и антициклоны, способные превратить самые жаркие дни лета в октябрьское ненастье, а самые морозные дни января в мартовскую слякоть. Люди пока еще не в силах заметным образом влиять на погоду, но с помощью спутников удается все точнее и точнее прогнозировать ее на будущее. Спутниковая метеорология позволяет с большой точностью определять сроки таких стихийных бедствий, как тайфуны, цунами; следовательно, есть возможность заблаговременно к ним подготовиться и сократить материальные потери от разрушений, причиняемых разгулявшейся стихией.

Долговременные полеты советских космонавтов на «Союзах» и «Салютах», эксперименты американцев на «Скайлэбе» доказали, что космическое патрулирование обещает невиданные возможности для контроля за состоянием лесных массивов, изучения движения косяков рыб, подсчета запасов пресной воды, прогнозирования залежей полезных ископаемых, наблюдения за развитием и созреванием сельскохозяйственных культур.

Космонавтика — это синтез познаний и интенсивное разделение труда. Вместе с профессиональными летчиками-космонавтами и астронавтами за пределами Земли уже работали врачи, инженеры, геологи. К полетам в космос усиленно готовились советские физики, астрономы, океанологи, связисты, нефтяники, лесоводы, ихтиологи...

© Вячеслав Бучарский
Дизайн: «25-й кадр»