Вперёд, к Марсу!

Вячеслав Бучарский

«Вперёд, к Марсу!»

Аннотация


 

17. В пути на Землю

Единогласно решено направиться к родной планете. Марс своим притяжением все более и более портил правильную кривую движения ракеты. Так как предстояло около четырех месяцев путешествия, то оранжерею собрать было нельзя: не хватило бы запаса плодов на такое продолжительное время. Имея ее на буксире, нельзя было сильно тормозить взрыванием движение ракеты, не повредив живой источник питания.

 Все же торможение было в десятки раз сильнее, чем при медленном спиральном удалении от Солнца. Вследствие этого мои двигателисты  очень круто спускали нашу платформу «КЭЦ-2017» к Солнцу, спираль была укороченная. Теперь оранжерея и «Скайлэб»  была не позади ракеты, а впереди…

 В начале торможения наш линкор находился на расстоянии от  орбиты Земли почти 65 миллионов километров и двигались мы со скоростью около 25 километров в секунду. Скорость была только на 5 километров меньше земной. Вследствие торможения она должна бы умаляться; но падение ракеты, приближение к Солнцу, спуск ее - напротив - эту скорость увеличивали.

При вступлении на орбиту Земли она должна была составить около 30 километров, т. е. сравняться со скоростью Земли; тогда, при приближении к ней, все более и более должно было сказываться притяжение планеты…  Увеличивающуюся  скорость линкора мы гасили уменьшением тяги двигателей.

…За четыре года внеземного странствия наши пожилые учёные успели поседеть, а молодые монтажники – возмужать…  Наблюдения проводились только самые необходимые. Следили за оранжереей, за исправным действием ее и ракеты…  Из кабины «Скайлэба» Фиалка и Норденшельд  проводили сеансы оптической связи с Землёй. Пытались достать лучом изумрудного лазера удалявшийся от нас Марс.  Однако никаких  ответных сигналов с красной планеты  не было,  что очень опечаливало нашу филологиню Фиалку… Частые взоры все мы устремляли на красивую звезду вроде Венеры. Это была наша родимая планета Земля. Как же все мы тосковали по ней!..

  Шли мы к Земле таким коротким путем, что едва заметили 3 или 4 новых астероида. Разность скоростей их и нашей платформы «КЭЦ- 2020» была громадна и соединяться с ними для их исследования было затруднительно. А Земля по мере приближения становилась все ярче и прекраснее!.. Вот уже она превратилась в красивую крохотную луночку. Серп ее увеличивался, делался больше Солнца, еще больше...

Когда пересекли лунную орбиту,  наша родимая планетушка уже была громадна: в четыре раза больше Луны,  в 16 раз светлее. Растет родная планета; она имеет хорошо знакомый им вид.

И вот  уже до Земли осталось несколько дней пути. Сердца у всех членов экипажа  тревожно. В особенности у молодых. Как всех нас встретит Земля?..

…В повести у К.Э. Циолковского написано так: «Решено дать фототелеграмму небольшим зеркалом. Иванов телеграфировал следующее: «Мы, исследователи мировых пространств, находимся недалеко от Земли. Посетили и, насколько возможно, изучили пространство между орбитами Земли и Марса. В нем нашли более сотни крохотных планет с диаметром от 5000 метров и менее. Но это только малая часть того, что мы предполагаем...  Замеченные астероиды представляют богатый и неистощимый материал для устройства колоний за орбитой Земли. Многие из планеток содержат тяжелые металлы в рудах и в чистом виде. Некоторые на 10% состоят из золота и платины. Мы убедились, судя по составу этих небесных тел, что они составляют осколки одной или нескольких больших планет. Пространство, открытое нами, получает в два с половиной миллиарда раз более лучистой энергии, чем Земля. Простор его в триллионы раз больше земного... Кое-где встретили газовые кольца. Везем образчики пород, металлов и газов. Никто не пострадал, недостатков не терпели. Жизнь в указанном безграничном просторе прекрасна: вечный день, вечное тепло, чудные, разнообразные плоды и прекрасные условия для самой разносторонней технической и научной деятельности. Мы должны спуститься в Индийском океане, недалеко от берегов Ост-Индии.  Предупреждаем пароходы...

Пощадите нашу скромность. Никаких встреч и торжеств! Бог нам дал талант, который мы поделили с людьми, и только... Мы ни в чем не нуждаемся. Всего имели вдоволь, даже и почета. Лучше поддержите среди вас гениев, которых вы едва знаете, но которых больше, чем вы думаете. Старайтесь их открыть. У них связаны руки вследствие их тяжелых материальных условий. Иванов».                                      

…Нашу небесную «карету» космический кораблик «Скайлэб» мы оставили вечно кружить по орбите Луны…

Оранжерею надо было или собрать или оставить кружиться по эллиптической орбите кругом Земли. Времени было мало,  и поэтому решили ею пожертвовать. Убрали и растения в ракете и разные нежные для них приспособления; их обрекли той же участи. Значительное количество взрывчатого вещества было израсходовано, и потому линкор наш существенно облегчился.

О приземлении стометровой ракеты Циолковский сообщил в повести таким образом:

«Торможение все усиливалось. Земля казалась громадной и занимала четвертую долю неба. Колонии давно миновали. Выдвинули резервуары с водой, и ученые один за другим поместились в них, чтобы не пострадать от усиленной относительной тяжести. Короче - сделали все то, что приходилось делать ранее при отправлении с Земли. Ракета и ее части функционировали так же точно, как заведенный граммофон, играющий ту, а не другую пьесу. Ее действие все-таки регулировалось рукоятками приборов, также помещенных в жидкость...

Ракета вступает в атмосферу; накаливается тонкая предохранительная оболочка, но скорость ракеты уже не так велика и еще умаляется по мере приближения к поверхности океана…  Еще энергичное торможение, и ракета почти остановилась... Легкий шлепок в воду, и снаряд плавает на манер миноносца.

Отворяются ставни, окна; воздух родной планеты врывается со свистом в ракету. Путешественники как во сне. Долго не могут придти в себя. Они давно уже выкарабкались из ящиков с предохранительной жидкостью, оделись. Но Земля как будто другая. Она производит на них ошеломляющее впечатление: не то очарование, не то ужас. Прежде всего кажется, что холодновато и сыро; потом - ноги, руки и все тело точно налиты свинцом... Долго не могли встать с пола, кружилась голова, валялись как пьяные, особенно пожилые. Воздух, обремененный азотом, как будто душил их, но звуки голоса, от сравнительно плотной атмосферы, казались оглушительными. Подплыл моторный катер и взял их на буксир до парохода... Путешественники немного оправились. Ветер освежил их…

О скромности ученых были предупреждены, и потому никто не беспокоил их расспросами. Сами же себя они чувствовали не совсем хорошо. Началось с чихания... На другой день у многих обнаружился насморк. Некоторые заболели инфлюэнцей. Настроение больных было неважное; радость свидания с Землей была омрачена. Солнце как будто не грело, вяло светило. Небо казалось чересчур туманным, звезды ночью представлялись далекими, немногочисленными и слабыми, в особенности ближе к горизонту, свод - приплюснутым сверху... Везде неприятно пахло. Кушанья казались невкусными, люди неуклюжи в своих одеждах, мебель отвратительна, тяжесть несносна, тюфяки и подушки жестки. Новоприбывшие падали и спотыкались. Забывшись, отталкивались, думая лететь, но только позорно и смешно шлепались, их проклятия смешили окружающих. Большинство не понимало, в чем дело, и смотрело с удивлением на странных туристов. Их доставили благополучно в Бомбей, а оттуда по железной дороге дальше и, наконец, на воздушном корабле - в их Гималайский замок.

 

© Вячеслав Бучарский
Дизайн: «25-й кадр»