Записки пешехода
Первый Хранитель «храма космизма» в Калуге с символическим «ключём» от здания Государственного музея истории космонавтики имени К. Э. Циолковского, октябрь 1967 год
Первый Хранитель «храма космизма» в Калуге с символическим «ключём» от здания Государственного музея истории космонавтики имени К. Э. Циолковского, октябрь 1967 год
Алла Генриховна Масевич, заместитель председателя Астросовета СССР в центре управления первых космических аппаратов, 1959 год
Алла Генриховна Масевич, заместитель председателя Астросовета СССР в центре управления первых космических аппаратов, 1959 год

Вячеслав Бучарский

«Записки пешехода»

Содержание

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Аннотация


 

Как Беатриче и Данте… (20 марта 2013)

Данте и Беатриче на Луне. Иллюстрация из рукописного издания «Божественной комедии» XIV века.

Семь веков продолжается спор богословов, лириков и физиков о том, что такое Луна — в пространстве идей и в космической реальности. Семь столетий назад в одной из песен «Божественной комедии» итальянского гения Данте Алигьере (1265–1321) читателям было предложено стать свидетелями спора между автором модели мироздания и его путеводительницей Беатриче о свойствах лунной поверхности.
 
Чередование темных и светлых пространств на Луне Данте объяснял разной степенью плотности различных участков Селены. Более плотные части, по его мнению, лучше отражают свет, чем «скважинные» или, по современному, пористые. Но пророчица Беатриче была не согласна с таким объяснением.
 
Наблюдения Луны в телескопы эпохи Возрождения показали, что ясновидящая Беатриче, идеальная возлюбленная автора «Божественной комедии», была ближе к истине, когда утверждала, что на Луне «скважинность — не сквозная» и что «есть предел, откуда вглубь лежит её противность, дальше не пуская».
 
Спустя шесть веков после прогулок Данте и Беатриче по лунной «вневременности», в далёкой от Италии России, в сельце Речица Курской губернии, в обыкновенной семье с «дворянской» фамилией Скрипкины родился в марте 1913 года русый мальчик, которого назвали Алексеем, а по батюшке Тимофеевичем. У этого ясноглазого звонкоголосого «курского соловья» оказалась непростая судьба, но красивая история жизни.
 
Весной 1962 года А. Т. Скрипкин, ответственный работник калужской системы народного образования, был назначен директором Дома-музея основоположника космонавтики К. Э. Циолковского, а осенью 1967 года он возглавил вступивший в строй первый в мире «космический храм» — Государственный музей истории космонавтики, построенный по личной инициативе русского академика космических проектов С. П. Королёва.
 
...В октябре 1918 года в грузинском городе Тбилиси родилась кавказская девочка по отцу Генриховна, а по имени Алла. В 1937 году она стала московской студенткой Педагогического института; в 1941 году поступила в аспирантуру МГУ, вышла замуж за профессора астрономии и приняла фамилию Масевич.
 
В 1956 году красивая и мудрая А. Г. Масевич стала доктором физико-математических наук и заместителем председателя Астрономического совета Академии наук СССР (Астросовета). В таком качестве она вступила в космическую эру человечества, организовала и возглавила в СССР работы по оптическим наблюдениям за искусственными спутниками Земли.
 
В марте 1973 года, объявленного годом Коперника, коллектив Государственного космического музея на берегах Оки отмечал 60-летие своего директора, научного и практичного лидера А. Т. Скрипкина. Вскоре после того Алексею Тимофеевичу в Москве удалось встретиться и договориться с Аллой Генриховной Масевич о проведении ежегодной сессии Астросовета СССР в Калуге, в стенах планетария Государственного музея истории космонавтики имени К. Э. Циолковского.
 
Автор этих строк, бывший работник планетария, отчётливо помнит тот апрельский день 1973 года, когда «юный пенсионер» А. Т. Скрипкин и известная во всем ученом мире астрономическая «звезда» А. Г. Масевич торжественно шли по пустынному Вводному залу ГМИКА под лучами полированного отблеска Первого в мире искусственного спутника Земли, созданного в СССР из нержавеющей стали. Они направлялись к дубовым двойным дверям Звёздного зала — планетария. Оба с «молодожёнской» бодростью счастливого оптимизма цокали высоченными каблуками-шпильками роскошных туфель и подкаблучными набойками углисто-чёрных штиблет ввиду мозаичного во всю стену панно с изображениями героев советской науки и политехники с правой стороны. А с другой стены на Хранителя «храма космизма» и его «звёздную» гостью с портретных горельефов приветственно взирали чеканные образы великих космистов: Коперник, Галилей, Кеплер, Ломоносов, Циолковский, Эйнштейн.
 
Полированный гранит пола сверкал, как межпланетный лёд; за двойными огромными окнами виднелась апрельская царственная Ока. Легендарные советские космисты А. Г. Масевич и А.Т. Скрипкин шли по зеркальному граниту Вводного зала, как шли по идеальной Луне духовные герои «Божественной комедии» Беатриче и Данте...
 

Содержание

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
© Вячеслав Бучарский
Дизайн: «25-й кадр»